velikol.ru
1

ВЕСТНИК РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК, 2005, том 75, № 4, с. 367-373






ПОСЛЕДНЯЯ ОБЩЕПАРТИЙНАЯ ДИСКУССИЯ
ПРИ ЖИЗНИ ЛЕНИНА


Некоторые современные историки и журнали-
сты утверждают, что 7 ноября 1917 г. к власти в
России пришли преступники, узурпировавшие
власть, начавшие террор против собственного на-
рода, антихристы, невежественные, аморальные
люди, а то, что делал впоследствии Сталин, было
лишь продолжением тоталитарной политики ок-
тябрьской элиты большевиков, и между ней и
представителями сталинской элиты никакой раз-
ницы не было. Однако подобный одномерный
взгляд не подтверждается конкретным анализом
документальных источников и происходивших в
то время событий. Чтобы убедиться в этом, до-
статочно ознакомиться с книгой о внутрипартий-
ной борьбе в РКП(б) в 1923 г*. Она - первая лас-
точка серии книг 'ТКП(б): внутрипартийная
борьба в двадцатые годы". В этой серии будет ос-
вещен один из этапов истории России, полностью
фальсифицированный при Сталине и до сих пор
не ставший предметом научного исследования.
Это было время, когда власть постепенно пере-
шла от представителей октябрьской элиты (ле-
нинской) к сталинской элите.

Материалы первой книги из этой серии дают
представление о переходном, промежуточном
этапе истории РКП(б), когда Сталин, ставший в
апреле 1922 г. генеральным секретарем ЦК пар-
тии, подчинив себе партийный аппарат, сосредо-
точил в своих руках большую власть. Но в 1923 г.
он еще не был полным хозяином в партии и госу-
дарстве и лишь начал расправлять плечи, подав-
лять инакомыслие в партийной среде, устанавли-
вать свое единовластие. Пока он еще был вынуж-
ден в какой-то мере считаться с авторитетными
политиками, которых было немало в РКП(б),
представлять и защищать в ходе партийной дис-
куссии свою концепцию. Своеобразие дискуссии
состояло в том, что Ленин был в ту пору еще жив.
Он тяжело болел, находился на лечении в Горках,
но не стоял в стороне от процессов, происходив-
ших в РКП(б), пытался предотвратить сталиниза-
цию, предложив на рубеже 1922 и 1923 гг. смес-
тить Сталина с поста генерального секретаря.

Книга состоит из двух частей: предисловия
В.П. Вилковой и подготовленных ею же докумен-
тов. У нас часто в документальных изданиях

*РКП(б). Внутрипартийная борьба в двадцатые годы. Доку-
менты и материалы. 1923 г. М.: РОССПЭН, 2004. 464 с.

составители довольствуются немногословными
формальными вступительными текстами, не го-
ворящими ничего по существу. Они оставляют
читателей наедине с документами, не утруждают
себя научным анализом, очевидно, полагая, что
читатели сами во всем разберутся. Мне кажется
сомнительным, что потребители документальной
продукции в своей массе смогут это сделать без
очень больших усилий. Они должны знакомиться
с документами, уже получив предварительно
представление об историческом фоне, о сути со-
бытий и процессов, освещаемых в публикации.
К тому же аналитическое предисловие необходи-
мо и самим составителям. Ведь работа над любой
научной публикацией требует очень глубоких
знаний предмета.

В рецензируемой книге предисловие написано
на высоком научном уровне. В нем обозначаются
особенности рассматриваемого периода истории
партии большевиков. Здесь, в частности, отмеча-
ется, что начальный этап внутрипартийной борь-
бы очень важен для понимания последующих по-
литических событий в партии и стране, он дает
методологический ключ к объяснению того, ка-
ким образом Сталину удалось в ходе этой борьбы
завоевать единоличную власть (с. 5).

Предисловие построено на широкой источни-
коведческой основе и многие выраженные в нем
точки зрения оригинальны и в чем-то корректи-
руют традиционные концепции. Мне импонирует
мысль о том, что в ходе дискуссии в 20-х годах
подводилась черта социал-демократическому эта-
пу большевизма (с. 5). Некоторые исследователи
отчуждают всю октябрьскую элиту, включая и ее
лидера Ленина, от социал-демократии, считая ее
адептами лишь меньшевиков. Они не замечают,
что их оппоненты слева - большевики - после
1903 г. остались социал-демократами радикаль-
ного толка и, несмотря на многочисленные тео-
ретические грехи, еще многимиадитями были свя-
заны с социал-демократической традицией. Мно-
гие их действия и взгляды можно соотнести с
идеями и работами теоретических основополож-
ников социал-демократизма К. Маркса и Ф. Эн-
гельса. Правда, большевики ориентировались на
ранний марксизм "Манифеста Коммунистичес-
кой партии" [1, с. 456]. Это проявлялось и в их ор-
ганизационной структуре, во многом соответст-
вовавшей уставным положениям социал-демо-
кратии. Заметим, что в 1918-1923 гг. регулярно

367

368

РОКИТЯНСКИЙ


проходили съезды и конференции РКП(б), кото-
рые сопровождались порой острой полемикой.
Разве это, при всем своеобразии РКП(б), не было
проявлением социал-демократической традиции?
Вожди РКП(б) всячески открещивались от соци-
ал-демократии, а лидеры европейской социал-де-
мократии - от них. Но вся эта полемика вряд ли
может рассматриваться как критерий для опреде-
ления социально-политической ниши октябрь-
ской элиты.

В предисловии раскрыты экономические и со-
циальные истоки кризиса партии 1923 г., говорит-
ся о начале репрессий по отношению к оппозици-
онно настроенной части ее членов, о пробужде-
нии среди рабочих стремления к демократизации
общественного строя и боязни руководства допу-
стить внутри партии развитие демократических
принципов, формировании Сталиным в политбю-
ро фракции, пытавшейся узурпировать партий-
ную власть, монополизировать ее, отстранить от
руководства неугодных ему влиятельных партий-
ных деятелей, в частности Л.Д. Троцкого. Я бы
добавил еще одну важную предпосылку кризиса -
болезнь Ленина. К 1923 г. из руководства партией
и страной выбыл человек, который был способен
объединить и повести вперед разнородную элиту.
И она раскололась.

Внимание читателей привлечет изложение хо-
да самой партийной дискуссии. Здесь затронуты
ключевые моменты, выявлена ее логика, движу-
щие силы. Впервые говорится о роли Ленина в
противоборстве сторон в 1923 г. До сих пор неко-
торые историки считали, что из-за инсульта, а за-
тем ухудшения здоровья (середина декабря 1922 г.),
отъезда на лечение в Горки он не мог влиять на
ход внутрипартийной борьбы. В предисловии по-
казано, что все обстояло несколько иначе. Он де-
лал все возможное в трагических обстоятельст-
вах своей болезни, чтобы организовать противо-
действие Сталину, его всевластию и снять его с
поста генсека на партийном съезде и добился оп-
ределенных результатов. Думаю, что многие уча-
стники дискуссии знали о точке зрения Ленина, и
она оказывала влияние на их резкие оценки дей-
ствий генсека (с. 128, 129, 226-231).

Книга показывает, что Троцкий, на которого
Ленин сделал ставку в качестве противовеса Ста-
лину, отнюдь не стоял в стороне, а в какой-то ме-
ре представлял его точку зрения в политбюро, а
затем в ходе дискуссии. Положение Сталина к
марту 1923 г., ввиду уже ставшей известной пози-
ции Ленина и растущего недовольства самоуправ-
ством и грубостью генсека, становилось критиче-
ским (с. 10-15). Спасло его резкое ухудшение в
первой декаде марта здоровья Ленина, которое
привело к усилению паралича и потере речи.

В предисловии показано, что путь Сталина к
диктатуре не был усыпан розами, и ему пришлось
столкнуться в 1923 г. с отчаянным сопротивлени-
ем ленинской части октябрьской элиты и других
независимо мыслящих деятелей, которым не им-
понировали его самоуправство, подавление им
инакомыслия и проводимая им бюрократизации
партии, проталкивание в ее руководящие струк-
туры своих сторонников. Оппозиционеры от-
нюдь не относились к безликой массе, были
склонны к поиску рациональных путей развития
партии и страны, пытались увести ее со стали-
нистского пути. Книга позволяет узнать много
нового о начальном периоде сталинизма, о ста-
новлении тоталитарных методов его противосто-
яния инакомыслию в партии.

В предисловии прослеживаются все этапы дис-
куссии: письмо Троцкого в ЦК и ЦКК от 8 октяб-
ря, заявление 46 видных деятелей партии и госу-
дарства, "Ответ" восьми членов и кандидатов в
члены политбюро ЦК от 16 октября 1923 г., ре-
шения октябрьского пленума ЦК, а также все по-
следующие документы (с. 20-25). Говорится и о
роковых последствиях дискуссии, разрушавшей
тончайший слой старой партийной гвардии:
"Практически все, кто подписал Заявление 46-ти,
кто поддерживал оппозицию в ходе дискуссии, бу-
дут причислены к троцкистам и до трагического
исхода своей жизни останутся с этим убийствен-
ным политическим клеймом. Остальная, большая
часть большевиков, во имя сохранения директив-
ного единства пошла за сталинско-зиновьевским
руководством ЦК. В результате возможность по-
ворота к демократизации внутрипартийных отно-
шений была упущена" (с. 25).

Нельзя не согласиться и с выводом о том, что
в ходе внутрипартийной борьбы была впервые
апробирована сталинская модель дискуссии: со-
здание образа врага, культивирование в партии
агрессивного воинствующего невежества, страха,
нетерпимости, групповой борьбы за место в пар-
тийной иерархии, а его победа стала "важной сту-
пенькой на пути восхождения к единовластию в
партии" (с. 26).

В основном в книге воспроизведены тексты из
Российского государственного архива социально-
политической истории (РГАСПИ), бывшего
ЦПА ИМЛ, где хранятся документы ЦК и его по-
литбюро. В первом разделе "Социально-эконо-
мический кризис осени 1923 г." опубликованы до-
кументы и информационные материалы об обо-
стрении экономического кризиса, о свертывании
производства, об ухудшении материального по-
ложения рабочих, росте цен, безработицы, о рас-
тущем недовольстве, о забастовках и других фор-
мах протеста. Об этом идет речь в отчетах ГПУ,
затем ОГПУ, в письмах его шефа Ф.Э. Дзержин-
ского, партийных органов различного уровня, в

^ ВЕСТНИК РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК том 75 № 4 2005

ПОСЛЕДНЯЯ ОБЩЕПАРТИЙНАЯ ДИСКУССИЯ ПРИ ЖИЗНИ ЛЕНИНА

369


переписке ЦК РКП(б) с местными организация-
ми. Документы показывают, что за полтора года
Сталин, сосредоточивший очень быстро в своих
руках партийную власть, отнюдь не улучшил эко-
номическое положение страны, привел ее в пла-
чевное состояние, которое и стало увертюрой к
внутрипартийному кризису.

Во втором разделе "Политический кризис
большевизма, или цена однопартийное™" напе-
чатаны документы различных оппозиционных
групп: группы "Рабочая оппозиция" и ее лидера
Г.И. Мясникова, группы "Рабочая правда", а
также выдержки из протоколов допросов, газет-
ных статей. Здесь представлен широкий спектр
оппозиционных настроений в РКП(б) в 1923 г.,
которые отражали недовольство рабочих, членов
партии, последствиями нэпа, попытками партий-
ного руководства подавить инакомыслие. В воз-
звании "Рабочей группы РКП" отмечалось: «"Вся-
кая критика Центрального комитета РКП(б) сле-
ва и справа есть меньшевизм". Вот формула
расправы со всякой живой мыслью рабочего
класса, как коммунистической его части, так и
беспартийной. Господствующая в РКП(б) группа
окончательно оторвалась от рабочего класса.
Она не верит не только беспартийным пролета-
риям, но и партийным, и в то же время чувствует
себя хозяином, призванным решать все и вся за
рабочий класс и его именем» (с. 84-85).

В третьем разделе представлена переписка
членов партийного руководства летом 1923 г.,
опубликованная в № 4 "Известий ЦК КПСС" в
1991 г. Она дает представление о том, что проис-
ходило в политбюро в это время. Выясняется, что
Сталин уже обладал неограниченной властью в
ЦК и начал почти по-хамски относиться к другим
членам политбюро. Некоторые из них уже осо-
знавали, что Ленин был прав, говоря о необходи-
мости снять его с поста генсека. В письме Л.Б. Ка-
меневу из Кисловодска Г.Е. Зиновьев 30 июля
1923 г. возмущался самоуправством Сталина:
«Если партии суждено пройти через полосу
(вер[оятно] очень короткую) единодержавия Ста-
лина - пусть будет так. Но прикрывать все эти
свинства я, по кр[айней] мере, не намерен. Во всех
платформах говорят о "тройке", считая, что и я в
ней имею не последнее значение. На деле нет ни-
какой тройки, а есть диктатура Сталина» (с. 129).
А вот как высокомерно оценивал Сталин возра-
жения своих коллег по политбюро в письме Зино-
вьеву и Бухарину 3 августа 1923 г.: «Счастливые
вы, однако, люди: имеете возможность измыш-
лять на досуге всякие небылицы, обсуждать их и
пр., а я тяну здесь лямку, как цепная собака, изны-
вая, причем я же оказываюсь "виноватым". Этак
можно извести хоть кого. С жиру беситесь вы,
друзья мои» (с. 136). В ответ на свою наглую вы-
ходку он прочел: "Ни минуты не сомневаемся,

6 ВЕСТНИК РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК том

что сговоримся" (с. 142). Эти видные партийные
деятели, знавшие о предостережении Ленина, от-
дали всю организационную партийную работу на
откуп генсеку. Он смог обойти подводные камни
в политбюро, реализуя также принцип "разделяй
и властвуй!". В интересующий нас период он на-
травил всех своих коллег на Л.Д. Троцкого и дру-
гих видных членов партии, пытавшихся ее демо-
кратизировать. В результате Зиновьев, Каменев,
Бухарин, Рыков, Томский помогли Сталину нане-
сти поражение силам, которые пытались поло-
жить конец его единовластию.

Примерно 20 лет центральной фигурой партии
большевиков был Ленин, и его лидерство никто
не ставил под сомнение. Когда же в 1922 г. он ока-
зался в Горках, в руководящих структурах
РКП(б) образовался вакуум, который очень быс-
тро заполнил Сталин. Остальные члены полит-
бюро не смогли противостоять его напору и пред-
почли отдать ему центральные позиции. Позднее
эта недальновидность дорого обошлась им самим.

О предыстории партийной дискуссии, о ее про-
логе рассказывают документы четвертого разде-
ла. Здесь воспроизведено более 20 уникальных
текстов. Они показывают, что дискуссия возник-
ла в результате конфронтации между Л.Д. Троц-
ким и остальными членами политбюро. Письма и
обращения в ЦК и ЦКК Л.Д. Троцкого (октябрь
1923 г.) содержали критику действий руководства
партии, отпор практике ликвидации демократи-
ческих принципов, вплоть до выборности секре-
тарей местных организаций. Особый протест вы-
звало стремление сталинцев возложить на членов
партии обязанность доносить в ГПУ на своих оп-
позиционно настроенных товарищей: "Если бес-
системность хозяйственной политики и секретар-
ский бюрократизм партийной политики порожда-
ли тревогу еще задолго до XII съезда, то, с другой
стороны, никто, вероятно, не ожидал, что эта по-
литика так скоро обнаружит свою несостоятель-
ность. Партия входит в самую, может быть, от-
ветственную эпоху своей истории с тяжелым
грузом ошибок своих руководящих органов. Ак-
тивность партии приглушена. Партия с величай-
шей тревогой наблюдает вопиющие противоре-
чия хозяйственной работы со всеми их последст-
виями... Секретарскому бюрократизму должен
быть положен конец. Партийная демократия - в
тех, по крайней мере, пределах, без которых пар-
тии грозит окостенение и перерождение, - долж-
на вступить в свои права" (с. 163-164).

Троцкий, как мне кажется, поступил не совсем
правильно, сосредоточив огонь критики не толь-
ко на Сталине, а на всем руководстве РКП(б).
Между тем в политбюро были люди, далекие от
Сталина, понимавшие, кто он такой, и опасавши-
еся его. Троцкому, вероятно, нужно было быть
гибче, критиковать лишь сталинистские тенден-

75 № 4 2005

/

370

РОКИТЯНСКИИ


ции во внутрипартийной жизни и наладить кон-
такт с этими людьми. В результате он оказался в
изоляции в политбюро, а подготовленный Стали-
ным грубый ответ на письмо Троцкого от 8 октя-
бря 1923 г. был подписан 19 октября всеми ос-
тальными членами этой партийной инстанции
(с. 197-214). Опубликованные в книге документы
Л.Д. Троцкого показывают, что не правы были те
историки и публицисты, которые считали, что в
случае его прихода к власти нашу страну ожидал
террор более жесткий, чем при Сталине. По этим
материалам видно, что он был политиком друго-
го типа и менталитета и не рвался к власти, был
более интеллектуален и склонен к социал-демо-
кратическим принципам.

А между тем 16 октября, под влиянием писем
Троцкого, 46 известных оппозиционных деятелей
партии отправили заявление в политбюро. Ос-
новное внимание они, в отличие от Троцкого, уде-
лили критике внутрипартийного режима, уста-
новленного Сталиным, где выявлены все особен-
ности его тоталитарной политики внутри партии:
«Члены партии, недовольные тем или иным рас-
поряжением ЦК или даже губкома, имеющие на
душе те или иные сомнения, отмечающие "про се-
бя" те или иные ошибки, неурядицы и непорядки,
боятся говорить об этом на партийных собрани-
ях, более того, - боятся беседовать друг с другом,
если только собеседник не является совершенно
надежным человеком в смысле "неболтливости";
свободная дискуссия внутри партии фактически
исчезла, партийное общественное мнение заглох-
ло. В наше время не партия, не широкие массы
выдвигают и выбирают губернские конференции
и партийные съезды, которые, в свою очередь,
выдвигают и выбирают губкомы и ЦК РКП. На-
оборот, секретарская иерархия, иерархия пар-
тии... все в большей степени становится распоря-
дительными совещаниями этой иерархии. Режим,
установившийся внутри партии, совершенно не-
терпим; он убивает самодеятельность партии, под-
меняя партию подобранным чиновничьим аппара-
том, который действует без отказа в нормальное
время, но который неизбежно дает осечки в мо-
менты кризисов и который грозит оказаться со-
вершенно несамостоятельным перед лицом надви-
гающихся серьезных событий... Фракционный
режим должен быть устранен - и это должны сде-
лать его насадители, он должен быть заменен ре-
жимом товарищеского единства внутрипартий-
ной демократии» (с. 182-183).

В пятом разделе "Общепартийная дискуссия
(ноябрь 1923 г.-январь 1924 г.)" представлены
30 текстов: статьи, записки, выступления, заявле-
ния, дискуссионные материалы, постановления
политбюро, выписки из стенограммы пленума
ЦК, агентурные сводки. Вырисовывается карти-
на противостояния двух тенденций в партии - то-
талитарной и демократической, взгляды сторон.

Думаю, что читателям будет интересно ознако-
миться с этой полемикой, по существу, с послед-
ней общепартийной дискуссией, и убедиться, что
в РКП(б) состояли люди разных взглядов.

Дискуссия была далеко не демократической.
Октябрьские документы 1923 г., которые приве-
ли к ее началу, были засекречены. "Правда", в ко-
торой вначале публиковались статьи представи-
телей противостоящих течений, с определенного
момента стала печатать лишь материалы Стали-
на и его окружения. Нарушались решения ЦК,
принятые в связи с предстоящей дискуссией,
фальсифицировались сообщения о ходе дискус-
сии на местах, в местных организациях аппарат-
чики преследовали оппозиционеров, не давали им
высказать свое мнение. Началась травля ведущих
деятелей оппозиции, им навешивали политичес-
кие ярлыки. Сталин постепенно превратил дис-
куссию в базарную свару.

Знал ли больной Ленин о ходе и характере спо-
ров? Ответ на этот вопрос дан в записке
М.И. Ульяновой и Н.К. Крупской от 21 декабря
1923 г. в ЦК РКП(б): "Ввиду того, что дискуссия в
газете волнует В.И., что может ухудшить его со-
стояние, а не давать ему газет нельзя, - просим о
перенесении дискуссионных статей в Дискуссион-
ный Листок" (с. 352). Записка неопровержимо до-
казывает, что Ленин следил за идейными батали-
ями в партии. Во второй половине 1923 г. благо-
даря курсу лечения, предписанному именитыми
немецкими и советскими врачами, в его здоровье
наметилось улучшение. Он уже мог передвигать-
ся по комнате, общаться с окружающими. Леча-
щий его врач В. Крамер писал: "В ноябре и еще
более в декабре он был в состоянии говорить уже
некоторые слова самостоятельно, научился еще
лучше писать левой рукой, мог также читать, по
крайней мере, просматривая газету, всегда указы-
вал в таких случаях весьма определенно на то, что
его интересовало" [2, с. 354]. 18 и 19 октября 1923 г.
он совершил поездку в Москву [там же, с. 356].
В одном из писем Крупская отмечала, что ее муж
"почти совершенно поправился, физически чув-
ствует себя неплохо, внимательно следит за газе-
тами и вновь выходящей литературой. Все застав-
ляло думать, что его здоровье будет и дальше вос-
станавливаться" [3]. Этот очень важный факт
остался незамеченным составителем тома и не
отразился ни в предисловии, ни в комментарии.
А он вполне мог повлиять на действия Сталина,
который был в курсе всего, что происходило в
Горках. Сама возможность выздоровления его са-
мого главного и опасного оппонента могла под-
толкнуть генсека к более наглым действиям с це-
лью как можно скорее подавить бунт в партии.

Ленину было понятно то, что происходило тог-
да в партии. Он осознал, что все его опасения оп-
равдались, что предложенный им вариант кол-

^ ВЕСТНИК РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК том 75 № 4 2005

ПОСЛЕДНЯЯ ОБЩЕПАРТИЙНАЯ ДИСКУССИЯ ПРИ ЖИЗНИ ЛЕНИНА

371


лективного руководства, не прошел, а наиболее
близкие ему Бухарин, Зиновьев, Каменев не
только не последовали его совету отправить Ста-
лина в отставку, но оказались с ним в одном лаге-
ре, включились в его коварную игру. Ленин пони-
мал, что весь партийный аппарат в руках Сталина и
его оппоненты обречены на поражение. Наконец,
Ленина не могли не возмутить грязные методы,
примененные Сталиным в ходе дискуссии, в том
числе с помощью дискредитации оппонентов. От-
сюда его волнение и обоснованные опасения сест-
ры и жены. После трех инсультов такие огорчения
не могли не сказаться на состоянии его здоровья.

Есть основания считать, что колебания здоро-
вья Ленина в 1923-начале 1924 г. не были случай-
ностью, а сознательно провоцировались Стали-
ным, чье будущее прямо зависело от продолжи-
тельности жизни его главного оппонента [4, 5,
с. 371, 372]. Так, мартовскому инсульту 1923 г.
предшествовали оскорбительные действия Ста-
лина по отношению к Н.К. Крупской. И его на-
глые действия в конце 1923 г., на мой взгляд,
вполне могли быть задуманы как способ психоло-
гически воздействовать на здоровье ненавистно-
го ему теперь учителя, довести его до могилы.
Американский историк Т. Поссон обвинил Ста-
лина в "психологическом убийстве" и насчитал
10 "психологических бомбежек" [4, с. 69].

В свете сказанного приведенная выше записка
М.И. Ульяновой и Н.К. Крупской от 21 декабря
1923 г. должна была обрадовать Сталина. Инте-
ресно, что по этому письму уже на следующий
день политбюро приняло постановление о публи-
кации в "Правде" дискуссионных статей в специ-
альном листке, о необходимости "вести дискус-
сию в наиболее спокойных и объективных тонах,
исключающих какое бы ни было обострение" и
рекомендовать это другим "парторганам" (с. 353).
В состав политбюро, как отмечалось, входили со-
ратники Ленина. Они были искренне озабочены
состоянием его здоровья. Но у Сталина, который
должен был выполнять это постановление, были
другие намерения, и в результате постановление
политбюро осталось формальной отпиской. Ни-
какого листка создано не было, дискуссионные
материалы в "Правде" продолжали публиковать,
как и раньше, до ее окончания. Главная причина:
желание генсека и дальше "волновать" тяжело-
больного вождя.

Смертельный удар был нанесен им Ленину в
ходе ХГГГ партийной конференции, которая про-
ходила в Москве с 16 до 18 января 1924 г. и подве-
ла итоги дискуссии. Здесь Сталин вел себя осо-
бенно нагло и коварно, всячески третировал
представителей оппозиции, утверждая, что она
"выражает настроения и устремления непролетар-
ских элементов в партии", "развязывает мелкобур-
жуазную стихию", ведет фракционную работу и

льет воду "на мельницу тех, кто хотят ослабить,
свергнуть диктатуру пролетариата" [6, с. 196].
Большинство конференции составляли аппарат-
чики, ставшие главной опорой Сталина. И оппо-
зиция была обречена на сокрушительное пораже-
ние. О том, что произошло на конференции, Ле-
нин узнал из сокращенной стенограммы,
публиковавшейся в "Правде" с четверга до вос-
кресения, 17-20 января. Крупская, как обычно,
утром читала ему эту газету. "Когда в субботу, -
вспоминала она, - Владимир Ильич стал, видимо,
волноваться, я сказала ему, что резолюция приня-
та единогласно. Суббота и воскресение ушли у
нас на чтение резолюций. Слушал Владимир Иль-
ич очень внимательно, задавая иногда вопросы"
[7, с. 717]. Историк А. Авторханов писал в своей
статье, что выступлениями Сталина и его резо-
люциями Ленину был нанесен "величайший пси-
хологический удар взрывной силы" [4, с. 68].

Крупская вряд ли осознавала, что буря разра-
зилась в душе ее мужа. Он сразу понял, что за его
спиной Сталин совершил переворот в партии,
разгромил течение, на которое вождь возлагал
надежды. Особенно должно было огорчить его
то, что Сталин воспроизвел на конференции седь-
мой пункт резолюции X съезда о борьбе с фрак-
ционностью, который давал возможность ЦК
применять "все меры партийных взысканий
вплоть до исключения из партии, а по отношению
к членам ЦК перевод их в кандидаты и даже, как
крайнюю меру, исключение из партии" [6, с. 101].
Эта резолюция была предложена Лениным после
известных событий в Кронштадте, носила чрез-
вычайный характер, была тайной и ее публика-
ция могла последовать лишь по решению съезда.
Озвучив ее, Сталин нарушил партийные решения
и получил возможность в дальнейшем расправ-
ляться со всеми инакомыслящими, ссылаясь на
ленинский текст. Весь груз отрицательных эмо-
ций, связанных с конференцией, навалился на Ле-
нина 17-20 января 1924 г., а 21 января произошел
последний инсульт с летальным исходом. "Совер-
шенно неожиданно вчера в состоянии здоровья
Владимира Ильича наступило резкое ухудшение.
Несколько часов спустя Владимира Ильича не
стало", - отмечалось в "Правительственном сооб-
щении" [3].

К сожалению, XIII партконференции в книге
уделено очень мало внимания. В самом заглавии
книги фигурирует лишь 1923 г., а должно бы
быть 1923 г.-начало 1924 г. В документации нет
ни одного материала этой конференции. А ведь
именно она подводила теоретический и организа-
ционный итог дискуссии. Здесь происходили со-
бытия, высказывались взгляды, непосредственно
связанные с противостоянием 1923 г. Без глубо-
кого анализа материалов этой конференции в по-
добной книге вряд ли можно было обойтись. По-


ВЕСТНИК РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК том 75 № 4 2005

6*

372

РОКИТЯНСКИИ


этому в ней присутствует некая исследователь-
ская и источниковедческая незавершенность.

Сосредоточив основное внимание на двух про-
тивоборствующих направлениях внутри РКП(б),
составитель прошел мимо одного яркого теоре-
тика, который принимал активное участие в дис-
куссии в качестве третьей стороны. Он выступал
со своей идейной платформой на местных партий-
ных собраниях, а также на итоговой XIII парткон-
ференции. Это был крупный историк, библио-
граф, архивист, в 1921-начале 1931 г. директор
всемирно известного Института Маркса и Энгель-
са, академик с 1929 г., Д.Б. Рязанов (1870-1938).
Один из старейших марксистов России, он оставал-
ся все время политиком социал-демократического
толка. Как знаток марксизма, он мог компетентно
судить о мыслях, делах, идейном и интеллектуаль-
ном уровне партийных деятелей, активно участво-
вал в дискуссии по программному вопросу в 1903 г.
и резко критиковал Ленина за сектантство, не-
терпимость к инакомыслию, склонность к цент-
рализации партии, игнорированию опыта запад-
ноевропейской социал-демократии. Рязанов не
примкнул ни к большевикам, ни к меньшевикам,
стал основателем российского профсоюзного
движения, затем в течение 10 лет в Германии и в
других странах успешно занимался научной рабо-
той, исследуя историю общественной мысли и ра-
бочего движения. В 1917 г. вернулся в Россию и,
как один из руководителей профсоюзов, стал тог-
да видной политической фигурой. В августе вмес-
те с группой интеллигентов присоединился к пар-
тии большевиков. Но это никак не сказалось на
его политических взглядах: он продолжал пуб-
лично, в том числе на съездах и конференциях
РКП(б), выступать против использования наси-
лия в политических целях, против подавления
инакомыслия, вмешательства партии в дела
профсоюзов, в решение административных про-
блем, роспуска Учредительного собрания, запре-
та оппозиционных газет, репрессий, направлен-
ных против политических оппонентов. Рязанов
первым в партии выступил против бюрократиза-
ции ЦК. Это был, по существу, единственный че-
ловек, который энергично противостоял тенден-
циям, которые вели партию к сталинизму. Его ру-
гали, высмеивали, давали выговоры, в 1921 г.
лишили права заниматься профсоюзной работой,
хотели даже выслать за границу. Но у него был
большой авторитет в среде рабочих и в правящих
кругах. В 1918-1930 гг. он использовал это для
спасения сотен людей, освобождения их из тю-
рем, ссылок [8-10].

Сейчас трудно сказать, как Рязанов получил в
1923 г. право активно участвовать в дискуссии.
Может, по требованию рядовых членов партии, а
может, большинство политбюро решило таким
образом отобрать у оппозиции часть голосов.
В ходе дискуссии Рязанов доказывал, что все чле-

«ны политбюро и ЦК весьма слабы в теоретичес-
ком отношении и не способны заменить Ленина,
и видел выход в последовательном претворении в
жизнь принципов внутрипартийной демократии.
Он считал, что различные течения должны пре-
кратить "взаимный мордобой", начать плодо-
творное сотрудничество и приступить к решению
насущных проблем. Рязанов предостерегал от
опасности перерождения партии, от оттока из нее
наиболее просвещенного слоя квалифицирован-
ных рабочих и наплыва необразованных людей.

В концентрированном виде свои взгляды Ряза-
нов изложил на XIII партконференции 18 января
1924 г. Мне удалось найти его исходный текст в
РГАСПИ в личном фонде Рязанова [11]. Наибо-
лее резкие высказывания в стенограмму не попа-
ли, хотя его критика Сталина за ненависть по-
следнего к демократии, и за утверждение, что она
возможна лишь в процветающей стране, туда во-
шла. Вот лишь два из вычеркнутых отрывка:
"Как, друзья, вы не садитесь, все же в Ленины не
годитесь. Пойте соло, запевайте дуэт, трио, квар-
тет и квинтет, но вам не заменить того, что явля-
ется историческим своеобразием, что является
особым моментом в истории партии"; "Долой
кандидатов в вожди!" [5, с. 375]. В этих высказы-
ваниях дано представление об основной причине
будущих бед РКП(б) и нашей страны: у ее руля в
решающий момент оказались люди, не обладав-
шие необходимым интеллектом, теоретическими
способностями, устремленные к личной власти.

Взгляды Рязанова находили поддержку на пар-
тийных собраниях. Его слова прерывались крика-
ми "Правильно!". Часть присутствующих голосо-
вала за его резолюции, бывали случаи, когда они
получали большинство (с. 338). Но добиться в
одиночку поворота партии в сторону рационализ-
ма он, конечно, не мог. Но он был активным уча-
стником дискуссии, и это следовало бы отразить
и в предисловии, и в документальной части книги.

Еще два замечания. Мне показался не совсем
обоснованным упрек в адрес партии большеви-
ков за ее неспособность после Октябрьской рево-
люции демократическим путем уладить разногла-
сия с меньшевиками, преодолеть раскол (с. 5).
В это время разногласия были столь велики, что
путей для примирения просто не было. На мой
взгляд, слишком завышена оценка достижений
западных историков в исследовании темы книги.
Их труды представлены как образец для подра-
жания (с. 26,27). По моим же наблюдениям, книги
многих из них о нашей стране часто схематичны,
тенденциозны, и в них в очень малой степени ис-
пользуются материалы российских архивов.
Лишь немногие западные советологи, к ним я
причисляю и американского историка Стивена
Коэна, смогли осмыслить суть интеллектуальных
и социальных процессов в РКП(б).

ВЕСТНИК РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК том 75 № 4 2005

^ ПОСЛЕДНЯЯ ОБЩЕПАРТИЙНАЯ ДИСКУССИЯ ПРИ ЖИЗНИ ЛЕНИНА 373

В заключение несколько слов о научно-спра-
вочном аппарате. Он сделан идеально. Примеча-
ния даны к каждому документу, причем часто это
не короткие безликие справки, а целые исследо-
вания, которые содержат оригинальные выводы
и вполне могут стать исходным материалом для
статей и даже книг. Заслуживает похвалы имен-
ной указатель, где впервые приведено немало не-
известных ранее сведений о политических деяте-
лях России. Такой подход к комментариям, к со-
жалению, редкое явление в нашей исторической
науке, а он весьма плодотворен и позволяет сде-
лать книгу более информативной и повышает ее
научное значение.

Книга привлечет внимание тех, кто интересу-
ется историей нашей страны. Нам десятки лет
внушали мысль о том, что альтернативы стали-
низму не было, а люди, противостоявшие Стали-
ну, всячески третировались и сейчас третируют-
ся, причем не только либеральными историками,
но и нынешними сталинистами. Между тем поли-
тические деятели, которых сейчас часто причис-
ляют к изгоям истории, а это весь левый фланг,
не были столь одномерными и примитивными,
как это иногда изображается. Они пытались не
допустить возникновение диктаторского режима
Сталина и сопротивлялись его тоталитарной по-
литике. Именно поэтому все они позднее стали
жертвами его кровавой диктатуры. К сожале-
нию, историческая наука в России во все периоды
ее новой и новейшей истории часто становилась
ареной политических игр. В них присутствовали
изгои и фавориты, причем состав этих двух групп
варьировался в зависимости от политической
ориентации правящих элит. Хотелось бы наде-
яться, что это положение когда-нибудь изменит-
ся. Историки будут не осуждать с пеной у рта не-
угодных политиков прошлого, а хладнокровно и
уравновешенно исследовать российскую историю
XX века. Заинтересовавшее нас издание находит-
ся в русле этого подхода.

В ходе дискуссий в РКП(б) и последующих со-
бытий проявилась закономерность всех победо-
носных революций, правильность формулы, со-
гласно которой она "пожирает" своих детей. Эта
участь постигла кадетов, меньшевиков и эсеров,
оказавшихся у власти после Февральской
революции. За ними последовали триумфаторы

Октябрьской революции, представители ленинской
элиты. В 1923-1929 гг. речь шла о начальном этапе
этого процесса. В это время возглавляемая Ста-
линым группа оттеснила от руководства партией
и страной самых преданных революции и самых
интеллектуальных представителей ленинской
элиты, включая самого Ленина. Плодами их все-
мирно-исторической победы воспользовались бо-
лее жестокие и менее образованные круги, кото-
рые в 1937-1938 гг. расправились со всеми своими
оппонентами. Место Робеспьера занял Наполеон
российского разлива с соответствующим уровнем
культуры, образования и кровожадности. Воз-
главляемая им страна, созданная ленинской эли-
той, была обречена на распад, поскольку система
не могла органически развиваться на его тотали-
тарных принципах.

^ Я.Г. РОКИТЯНСКИЙ,

кандидат исторических наук

ЛИТЕРАТУРА

  1. Рокитянский Я.Г. Загадка "Манифеста" // Вест-
    ник РАН. 2001. № 5.

  2. Волкогонов Д. Ленин. Политический портрет. В 2-х
    кн. Кн. II. М.: Новости, 1994.

  3. Правда. 1924. 22 января.

  4. Авторханов А. Убил ли Сталин Ленина? Помог ли
    Сталин Ленину умереть? // Даугава. 1990. № 9.

  5. Рокитянский Я.Г. Академик Д.Б. Рязанов против
    сталинизации РКП(б) // Вестник РАН. 1995. № 4.

  6. Тринадцатая конференция Российской Коммунис-
    тической партии (большевиков). Бюллетень. М.,
    1924.

  7. Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т. 45.

  8. Рокитянский Я.Г., Мюллер Р. Красный диссидент.
    Академик Д.Б. Рязанов - оппонент Ленина, жертва
    Сталина. М., 1996.

  9. Рокитянский Я.Г. Выдающийся российский пра-
    возащитник и гуманист // Д.Б. Рязанов - ученый,
    государственный деятель. М., 2000.

10. Рокитянский Я.Г. Список Рязанова. Неизвестный
правозащитник России // Независимая газета.
2000.16 августа.

И. РГАСПИ. Ф. 301. Оп. 1. Д. 77. Л. 117-124.


ВЕСТНИК РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК том 75

№ 4 2005